Поиск публикаций  |  Научные конференции и семинары  |  Новости науки  |  Научная сеть
Новости науки - Комментарии ученых и экспертов, мнения, научные блоги
Реклама на проекте

Такова жизнь в сегодняшней разворованной России

Среда, 15 Январь, 15:01, aquareus.livejournal.com


Ситуацию с краевой медициной можно охарактеризовать двумя словами: больничный тупик

12 Январь 2014

В прошлом году в «Красноярском рабочем» были опубликованы два журналистских расследования, касающихся положения дел в нашем здравоохранении.

Три статьи, объединённых общим названием «Модернизация на формальдегиде», касались итогов капитального ремонта краевой больницы, где главным врачом в канун модернизации был назначен первый заместитель министра здравоохранения края Е. Е. Корчагин.

Второй цикл статей был посвящён Красноярскому федеральному сердечно-сосудистому центру. Объединяющее название этих публикаций — «В расход за расходники». Когда к нам попала папка со служебными письмами врачей этой клиники, думали, что подобное за гранью возможного. Как это — одноразовые изделия медицинского назначения на протяжении трёх лет использовались многоразово? Притом многоразово до такой изношенной степени, что пластмассовые детали распадались в оперируемых сердцах на фрагменты!

При освещении этого вопиющего факта сразу возникали три блока вопросов. Первый касался угрозы жизни для тех пациентов, кому «достался» повторно стерилизованной одноразовый расходник. Второй — чисто нравственно-этического характера, третий — экономического, потому что каждый расходник, сэкономленный таким чудовищным способом, стоил от 6 000 до 120 000 рублей. А так как по отчётности эти расходники были строго одноразовыми, обязательно подобная «экономия» должна оказаться в чьих-то карманах. По-другому просто не бывает. Такова жизнь в сегодняшней разворованной России.



Министр в роли стороннего наблюдателя

Всё время между коллективом и администрацией кардиоцентра шла борьба. Хирурги отказывались вставать у операционного стола, администрация же стойко требовала своё. Врачи с научными степенями и авторитетными профессиональными именами искали справедливость в высоких чиновничьих кабинетах, в том числе и у министра краевого здравоохранения В. Н. Янина. Наивные, они полагали, что красноярский министр возмутиться и встанет на защиту как пациентов, так и кардиохирургов. Но тот даже не возмутился для вида и не предложил элементарного: всем бывшим пациентам кардиоцентра сдать анализы на ВИЧ, гепатит С и другие инфекционные непростые заболевания, хотя ему хорошо известно, что в числе тех 10 тысяч прооперированных были инфицированные люди.

Итог: доктор медицинских наук А. Марченко, уникальный кардиохирург мирового уровня, стал заместителем главного врача Пермского федерального кардиоцентра, второй доктор медицинских наук — Д. Шматов возглавил кардиохирургическое отделение в Санкт-Петербургской клинике. Ведущий анестезиолог, кандидат медицинских наук Д. Иванов, вернулся в новосибирскую клинику им. Академика Е. Н. Мешалкина. Через «Красноярский рабочий» на меня выходят кардиобольные и просят дать их номера телефонов. Думаю, всем ясно, зачем красноярцам понадобились эти фактически изгнанные врачи.

Понятно, министром ты не будешь, если не научишься ловко обходить стороной сложные вопросы, которые могут показать руководителя отрасли в невыигрышном свете. Но тут уже явный перебор: уголовные дела, отравленная формальдегидом поликлиника краевой больницы, безнаказанное повторное использование одноразовых медицинских изделий в кардиоцентре, где собственность федеральная, но больные-то в основном из Красноярского края.

Всё это время Янин делает вид, что ситуация его лично как министра не касается. Народ взбудоражен, народ требует объяснений? Да мало что кому хочется! У министра есть заместители. Это их уровень заявлять, что «в Багдаде всё спокойно». Удел же министра — бойкие рапорты о достижениях. Здесь он хорошо понаторел.

Чем усерднее наши чиновники пытаются доказать стремительный прогресс во вверенных им отраслях, тем ощутимее для нас ложь, которая выдаётся за мнимое процветание. Они забрасывают нас чистой и благородной информацией о гигантских суммах, но им откровенно не нравится, когда кто-то пытается выяснить, как потрачены деньги. Словно эти деньги они выделили осчастливленному народу из собственного кармана, а подаренному коню, как известно, в зубы не смотрят.

Думается, исходя именно из таких позиций, в конце прошлого года редакция газеты и я как автор статей получили судебные иски от главного врача федерального кардиоцентра В. А. Саковича и министра краевого здравоохранения В. Н. Янина. Они оценили свою репутацию в миллион на каждого. Лично.

Всякий волен измерять те моральные страдания, которые вызвали публикации «Красноярского рабочего». Спрашивается, почему не по миллиарду? Ведь в статьях из циклов «Модернизация на формальдегиде» и «В расход за расходники» шла речь об эффективности использования не одного миллиона, а миллиардов народных денег. Всю сумму сразу бы и просили, а то поскромничали.

В каждой из публикаций газета задавалась вопросом: как налажен контроль над расходованием бюджетных средств со стороны министерства здравоохранения Красноярского края и лично В. Н. Янина? На то он и министр, чтобы блюсти каждую государственную копейку и не давать подчинённым расслабляться. Оказывается, именно это очень обидело государева человека.


Всё протухло от коррупции

Если бы мы жили в стране развитой медицины, какой является, скажем, Израиль, то описание здравоохранения далёкой Сибири восприняли бы за досужую выдумку. Хотя бы потому, что там отравление поликлиники формальдегидом обернулось бы огромным скандалом, немедленным определением виновных и наказанием их. Притом вряд ли бы это был просто скандал без соответствующих судебных выводов.

Диким бы показалось и систематическое повторное использование одноразовых изделий медицинского назначения. Не удивлюсь, если бы там такие деяния приравняли к покушению на убийство. А что это было на самом деле, когда руководитель кардиоцентра осознанно подвергал больных смертельной опасности? Неужели исключительно банальное нарушение санитарных норм и правил?

Но это «на диком Западе» поднялась бы огромная волна общественного возмущения. Мы всё же живём здесь, в спокойной Сибири, и даже не вахтовым методом, а постоянно. Пытаемся восстановить своё здоровье в государственных поликлиниках и больницах по месту жительства, а если не получается, идём в частные клиники, где принимают те же самые врачи, но уже за деньги.

Признак реального положения дел в краевом государственном здравоохранении — бурно развивающаяся частная медицина с заоблачными тарифами. Как вам ситуация, когда даже не за лечение, а только за рядовое посещение, скажем, кабинета гинеколога приходится выкладывать три тысячи рублей? С анализами — пять тысяч двести. Причина: в государственную поликлинику по медицинской страховке можешь попасть к врачу через месяц, а болит сегодня. Ведь не случайно лучшая и самая большая краевая клиническая больница находится в тугом кольце частных клиник и лабораторий: место проходное! То, что пациент не находит в самой развитой больнице «здесь и сейчас», он получает у частников.

Надо помнить, что больше половины пациентов ККБ — жители нищих сельских окраин. Куда им деваться? Для спасения собственного здоровья и последней коровы не жалко. В итоге у частника обследование будет даже дешевле, потому что в краевой поликлинике диагностика затянется на недели, за которыми стоят немалые траты на проживание, питание. Моя знакомая из Ирбейского района целый месяц проходила обследование в поликлинике краевой больницы. Хорошо, что в Красноярске у неё дочь живёт…

То, что произошло в краевой больнице при так называемом освоении полутора миллиардов рублей, министр, как явствует из его иска, не считает криминальным скандалом. Вот если был бы приговор, тогда, пожалуй, и можно было бы опубликовать короткую заметку под рубрикой «Из зала суда». Как констатацию факта.

Глубоко сомневаюсь, что было бы возбуждено уголовное дело по факту хищения бюджетных средств группой лиц в особо крупных размерах при проведении капитального ремонта в самой известной больнице нашего края, если бы не публикация «Красноярского рабочего» и сюжеты, показанные в программе «Время» и по красноярским телеканалам «Прима-СТС» и ТВК. В СМИ — ни одного комментария министра, словно его это не касалось.

Уголовное дело — это тот случай, когда журналисты объединились и дружно стали доказывать очевидное. Редчайший пример, когда в наше время так называемая четвёртая власть достигла хоть каких-то результатов.

Как я поняла, анализируя информацию о ходе расследования объявленного уголовного дела, в нашем крае до сих пор есть главный «решала» уголовных дел, где замешаны так называемые VIP-персоны – политическая воля, не имеющая ничего общего с нормами уголовного и другого права. От кого эта воля исходит, понятно, как очевидно и то, почему её нет. Здесь припоминается лозунг доблестных французских мушкетёров: «Один за всех и все за одного!» Ну а если случится чудо, и уголовное дело дойдёт до суда вопреки этой самой политической воле, то будем иметь особое мнение краевого правительства по поводу невиновности подсудимого, как было в случае с бывшим министром промышленности Д. Г. Пашковым.

Опять-таки, если бы подобное случилось в нормальной стране, а не там, где всё протухло от коррупции, подобным «заявителям» пришлось бы немедленно оставлять свои портфели. У нас всё наоборот: министр идёт в суд в поисках управы на газету, которая посмела рассказать, как с помощью подставной фирмы «осваивали» на ремонте краевой больницы каких-то несчастных 509 миллионов рублей. Значит, с тем, что произошло с так называемым ремонтом и модернизацией главной больницы Красноярского края, он полностью согласен. Или на этот счёт может быть иное мнение?


Когда отброшены фиговые листки

Но вернёмся к модернизации краевой больницы. Я до сих пор не могу понять, как при таком количестве надзирающих чиновников два государственных контракта достались фирме, учредитель которой –пенсионерка, к тому же инвалид, в строительном бизнесе не замеченная. Проживающая в маленькой хижине на берегу Чулыма километров за 200 от Красноярска.

Если верить прокурорской проверке, Н. В. Тухова, учредитель и директор ООО «Проект Инжиниринг», никаких госконтрактов и актов выполненных работ не подписывала. Тогда как мог поставить свою подпись под такими «филькиными грамотами» главный врач краевой больницы? Ведь он воробей-то стрелянный, к тому моменту уже хорошо знавший, что такое подписка о невыезде, допросы и показания. Или некто по фамилии Икс дал ему гарантии безопасности при совершении подобных действий? Ведь не случайно именно для Корчагина в спешке, как на пожаре, расчищалось место главного врача той больницы, куда были направлены самые большие суммы на модернизацию здравоохранения. Думается, что только при смене власти в крае мы узнаем настоящую фамилию этого гаранта корчагинской безопасности.

Если кто-то создал подставную фирму, значит, она обязана выполнить свою историческую миссию. Притом, как показала жизнь, в эту криминальную схему крупное государственное учреждение было втянуто самым вонючим способом: по выбору заказчика. Даже фиговый листок под названием «аукцион» здесь отбросили.

Кому нужна подобная фальсификация, которая, как правило, создаётся при отмывании бюджетных денег? Неужели той пенсионерке-инвалидке? Да и с каких это пор государство без всяких проверок стало с лёгкостью заключать госконтракт на 404 миллиона рублей, совершенно не контролируя элементарное: а чьи подписи стоят под документами государственной важности? Ради чего на свои налоги мы держим немалое количество добротно оплачиваемых чиновников, которые не в состоянии проконтролировать, кем и как подписываются госконтракты?

Может на этот вопрос Вы ответите, Ваше сиятельство Министр здравоохранения? Может, скажете народу, какую ответственность понесли Ваши подчинённые за подобный «выбор» заказчика. Вы же, как жена Цезаря, вне всяких подозрений.

Представители краевой прокуратуры и следственного комитета чётко и однозначно заявили: «Это фирма «Рога и копыта». Горячие люди, однако, эти прокуроры и следователи. Как бы и их В. Н. Янин и Е. Е. Корчагин не притянули к ответственности. А что, дело по закупке по космическим ценам томографов закрыто по реабилитирующим (!) основаниям, даст Бог, и уголовное дело по капитальному ремонту плавно спишется в архив. Похоже, к тому всё идёт. Поэтому я хочу напомнить некоторые детали.

Год капитальным ремонтом девятиэтажного корпуса краевой больницы от имени и поручению неизвестно кого заправлял Паша-строитель по кличке Репа. Врачи утверждали, что он — бывший однокурсник главного врача Е. Корчагина, но предпочёл медицине иные занятия. А доблестные представители красноярского уголовного мира вспоминают, что в девяностые был такой рэкетир Репа — якобы тоже с медицинским образованием, но вообще-то птица невысокого полёта.

Интересная деталь: заведующей больничным отделом госзакупок перед самым началом так называемой модернизации стала бывшая подчинённая нашего Репы. В этот же отдел был принят и его младший брат. Не значит ли это, что и сегодня загадочный Паша-строитель, он же Репа, «курирует» расходование всего бюджета краевой больницы? А это три с половиной миллиарда в год.

Заведующим отделениями, людям уважаемым и с медицинскими регалиями, приходилось аккуратно спрашивать Репу, почему стояки коммуникаций не меняются, раз это капитальный ремонт, почему краска на стенах не моется, а смывается до грунтовки. Почему-почему? Да по кочану!

Все знали, что Пашу, как правило, можно найти в кабинете главного врача. Непонятливые проявляли настойчивость, требуя исправить откровенный брак, а умные усвоили: молчание и лояльность к пашиным проделкам — золото. Если хочешь удержаться на заведовании. Как позже показала жизнь, лояльность и стала основным критерием, который помог поднять зарплату многим заведующим почти в три раза. По контракту. На год. Как на притужальнике.

Был ли знаком министр с Репой? Вспоминается такой случай: летом 2012 года, когда готовился приезд губернатора Льва Кузнецова в краевую больницу для осмотра первых отремонтированных отделений, глава краевого ведомства на повышенных тонах ругал Репу за испоганенный коридор в нейрохириргическом отделении. Дело в том, что гастарбайтеры, свезённые в больницу с Южного рынка, из-за неимения приспособлений и ёмкостей месили раствор прямо на бетонном полу.

Министр, видимо, посчитал, если губернатор запнётся за те бугры, крайним тогда будет не Репа, а он, Вадим Николаевич. Поэтому на известном русском языке предложил Репе залить новый пол. Всемогущий Паша молча выслушал большого начальника, а на следующий день был сделан пол чуть ли не по нанотехнологии. Он единственный такой, красавчик, на всю больницу. Губернатор ходом ремонта и, следовательно, пашиной работой остался доволен.


Уголовный Кодекс как настольная книга главврача

…История краевой больницы уникальна. Здесь что ни главный врач — то личность. Пожалуй, мы имеем дело с первым случаем, когда уголовный кодекс стал настольной книгой главврача. Это каким государственником надо быть (так любят называть себя наши министры), чтобы предложить на руководство краевой больницей человека, который на то время был под следствием?

Всей России известны аферы вокруг закупок томографов. На приобретение оборудования для сосудистых центров Красноярского края в 2008 году был выделен 241 миллион рублей. По подсчётам специалистов, цена томографов, приобретённых для Красноярска, была завышена миллионов этак на 50. А так как цену эту утверждал лично руководитель агентства здравоохранения и лекарственного обеспечения администрации Красноярского края Е. Е. Корчагин в фазе ликвидации агентства, то против него и было возбуждено уголовное дело.

Вновь назначенный министр В. Н. Янин, ясное дело, в суть этой самой дорогостоящей закупки для краевого здравоохранения 2008-го года не стал вникать. А зачем, если он и сегодня считает, что действующее на то время законодательство не предусматривало порядка определения начальной (максимальной) цены контракта. «В этом случае следовало исходить из суммы бюджетных средств, выделенных как из федерального, так и краевого бюджетов». Так и написал в судебном иске к газете.

Если перевести бюрократический язык на человеческий, то понятно сожаление министра по поводу отмены такого чудесного времени, когда стоимость закупленного оборудования зависела якобы лишь от бюджетного наполнения. Но Вадим Николаевич, надеюсь, при покупке жилья, одежды или обуви всё же смотрит на ценник. Интересно, как бы он отнёсся к тому, если бы на его вопрос «А сколько это стоит?» продавец ответил бы: «А какая у вас зарплата? Большая? Значит, вам надо платить в два раза больше».

Представляю его реакцию. Только вот закупку томографов по цене, зависящей исключительно от возможностей бюджета этот якобы государственный человек считает допустимой. И никаких угрызений совести!

Как известно, уголовные дела о закупках томографов во многих субъектах России имели конкретную — обвинительную — судебную историю. Они были возбуждены в большинстве регионов России в конце 2010 — начале 2011 годов. Вот некоторые сообщения из информационных лент того времени:

«Президенту Д. Медведеву сообщили, что чиновники наворовали из казны больше триллиона»; «Генпрокуратура возбудила 68 уголовных дел о махинациях при закупке томографов»; «Курганский областной суд вынес обвинительный приговор по уголовному делу в отношении бывшего начальника управления здравоохранения Курганской области Тамары Ивановой, общий размер ущерба составил около 21,3 млн. рублей»; «Екатеринбургской медицинской компании вернут «откат», государству — стоимость оборудования»…

Перечень криминальных событий вокруг закупок томографов можно продолжать до бесконечности, потому что в России впервые наглядно — даже через судебные решения — смогли показать силу и фантастические аппетиты высокопоставленных коррупционеров в здравоохранении страны.

Последнее сообщение: 13 ноября 2013 года в Ростовском суде во время оглашения приговора по делу о томографах из зала суда исчезли обвиняемые — бывшие руководители ростовского Минздрава. Они объявлены в федеральный розыск.

Спрашивается, чем те уголовные дела по томографам, которые получили судебное решение, отличаются от красноярского, если все они — как близнецы-братья? Якобы существенной деталью: краевая администрация в госконтракте не прописала конкретные обязанности и меру ответственности руководителя краевого агентства здравоохранения Е. Корчагина.

Пикантная, я бы сказала, получается ситуация: Корчагин, проведя аукцион на закупку томографов действительно по несусветной цене, оправдан окончательно и полностью. Теперь в краевой больнице, после объявления главным врачом этого события на планёрке, гадают, кто же принесёт Е. Корчагину извинения от имени государства: председатель следственного комитета или прокурор края, и как будет определяться моральный ущерб Е. Корчагина? Государство должно сделать это добровольно, со всеми глубокими извинениями через прессу.

Интересно, все эти годы так вольно относились к народным деньгам только руководители краевого здравоохранения или в этот позорный процесс были втянуты все департаменты и агентства краевой администрации, позже преобразованные в министерства? Стоит ли тогда удивляться, что в казне некогда богатенного края теперь сплошные сквозняки.


За что же отвечает наш министр?

То, что красноярское уголовное дело по томографам не имеет реальной перспективы, стало очевидным уже летом 2011 года при назначении первого заместителя министра Е. Е. Корчагина на должность главного врача краевой больницы. Надо не забывать, кто у него был в соперниках — медицинское светило мирового уровня доктор медицинских наук, заведующий отделением рентгенхирургии А. В. Протопопов!

Если брать две кандидатуры, то они несопоставимы. Один — человек с маленькой врачебной практикой, ничем особо не отличившийся и на ниве здравоохранения, кроме громкого скандала с томографами. Второй — блестящий рентгенхирург и учёный, выросший как профессионал именно в этом лечебном учреждении. Более того, в последние годы его упорно готовили к должности главного врача. Предполагалось, что это помогло бы краевой больнице значительно подняться в своём авторитете не только в стране, но и за её пределами.

К сожалению, доктор медицинских наук В. А. Протопопов не дал публичной оценки своего проигрыша на стадии отбора кандидатуры главного врача, но я лично считаю, что подобный выбор в пользу Е. Е. Корчагина возможен только там, где попраны элементарные законы сохранения собственной страны.

В одном из своих материалов о модернизации на формальдегиде я имела неосторожность написать об управляющей и направляющей роли министерства в судьбе краевой больницы. А теперь локти впору кусать: министр и за эту внешне безобидную фразу в суд тянет. Я-то, наивная, думала, что больница является краевой собственностью, поэтому подотчётна Минздраву. Больше так думать не буду.
Понимаешь, разошлась в своих выводах: то, что произошло в двух краевых больницах — ККБ и детской краевой, где следователи тоже ищут 15 миллионов рублей, — могло случиться из-за недостаточно «управляющей и направляющей» роли министерства. Янин считает иначе, ему виднее.

Теперь уже суду разбираться, указан ли краевым больницам вектор для движения, или они, как те лодки без руля и ветрил, в вечном свободном плавании среди необузданных запросов наших чиновников и аффилированных к ним бизнес-структур. А раз так, то зачем нам содержать явно немаленький штат Министерства здравоохранения, который теперь, при переводе всех больниц и поликлиник в краевую собственность, ещё больше разбухнет.

Напомню, в крайздраве в федирковское время было 44 штатных единицы, а теперь, как заявил министр, в его ведомстве должно быть более 200 человек. Но станет ли Янин даже при таком разросшемся штате отвечать за «шалости» своих подчинённых?

Президент считает, что ответственность за положение дел в отрасли должны нести его руководители. У краевого министра, как видим, мнение противоположное. Это первое.

Второе. Ещё 27 декабря 2012 года на сайте министерства появилась заметка под броским названием: «Министр здравоохранения Красноярского края Вадим Янин проинспектировал окончание ремонтных работ в краевой клинической больнице». Цитирую:

«В новый год главная больница края входит обновлённой. В ней завершается реконструкция главного корпуса и консультативно-диагностической поликлиники, проводимая в 2012 году в рамках выделенных по программе модернизации средств. Общее количество средств, затраченных на ремонтные работы в краевой больнице, составило 509 миллионов рублей.

В ходе визита главный врач краевой клинической больницы Егор Корчагин показал министру отремонтированные приёмное отделение и центральный холл больницы, клинико-диагностическую лабораторию, палатные отделения, а также отделения, где в настоящее время завершаются строительные работы.

Вадим Янин лично смог оценить качество проводимых работ в поликлинике больницы. Главный врач Егор Корчагин отметил, что на сегодняшний день все основные ремонтные работы клинических и диагностических отделений завершены более чем на 90 процентов, полностью отремонтированы и запущены в эксплуатацию 12 подразделений. Уже в новогодние праздники коллективы оставшихся 9 отделений переедут на свои площади».

Словом, музыка играла туш при инспекции самого министра на всех отремонтированных 50 тысячах квадратных метрах больничных зданий. Как видно из этого сообщения, размещенного не только на министерском сайте, но и разосланного по всем краевым СМИ, Янин был полностью доволен ремонтом в краевой больнице.

А теперь то, на что министр в силу своих больших служебных обязанностей и полномочий должен был отреагировать немедленно: акты выполненных работ подписаны, выделенные на капремонт 509 миллионов переведены на счета трёх строительных фирм, а сам ремонт, даже по словам виновника этого парадного отчёта Е. Е. Корчагина, завершён только на 90 процентов. 10 процентов — это 51 миллион рублей. Не хило! Или когда полмиллиарда «рубят», 10-процентные щепки воспринимаются, как само собой разумеющееся?

Неужели министр не понимал, что после получения подобной информации у него был один выход: немедленно обращаться в прокуратуру и создавать комиссию для служебной проверки фактов подобного, мягко говоря, вольного обращения с бюджетными деньгами? Какие новогодние каникулы, если в краевой больнице, как могли, поиздевались над бюджетным кодексом! Чай, не мальчик наш министр и понимает, что это значит.

Я далека от мысли, что В. Янин не понимает, чем попахивают подобные «щедроты» с бюджетными деньгами, но, анализируя разрекламированный им самим факт оплаты невыполненных работ, прихожу к выводу, что и министр, и главный врач одинаково трепетно относились к подставной фирме. С чего бы это?

Как известно, в январе 2013 года ремонтные работы продолжались ни шатко, ни валко — до тех пор, пока правоохранительные органы в конце месяца не разогнали нелегалов-гастарбайтеров. Которых, кстати, Репа нагло «кинул», не рассчитавшись.

В принципе, какой порядочности можно было ждать от Репы? Как мне стало известно, сразу после оплаты за выполненные и невыполненные работы, он и Е. Корчагин улетели в Таиланд на отдых. Неужели вместе? Или это было чистое совпадение?

Корчагин через две недели вернулся к трудам праведным, а Репа до сих пор скрывается за границей от своих долговых обязательств. История такая, что ни прибавить, ни убавить.

А ещё в краевой больнице припоминают, как в разгар ремонта главный врач и Репа летали в Италию — за передовым опытом. Потом на планёрке было доложено, что видели и слышали.


Ничем не запятнанная власть

Теперь мне бы хотелось пригласить министра на первый этаж второго блока. 450 квадратных метров. Это те «метры», ремонт которых был тоже оплачен ООО «Проект Инжиниринг» в последние дни 2012 года. Это именно те «метры», которые и сегодня ждут своего ремонта. Именно там была последняя гастарбайтеровская ночлежка.

После возбуждения уголовного дела в апреле 2013 года главный врач Е. Корчагин не был отстранён от должности. Элементарный вопрос: может ли обвинённый действующий начальник влиять на свидетелей, если свидетели — заведующие отделениями и другие его подчинённые? Тем более, когда начальник одним росчерком пера способен повысить зарплату в разы.

И мы при этом ещё разглагольствуем о непорочности власти. Да непорочна она, как дева Мария, не правда ли? Только дева Мария родила сына, хотя оплодотворения, как известно, не было. Но ведь всё-таки родила…

… Недавно я проанализировала, о чём приходилось писать мне последние десять лет. Об искусственных банкротствах бывших сельскохозяйственных предприятий, когда совхозы вместе с крепостными из 5-6 соседних сёл выставлялись на продажу этак за миллион рублей. Крепостные кто спился, кто выживает за счёт жалких возможностей приусадебного хозяйства, а кто взял вольную и подался в город. Промышленного пролетариата в городах Красноярского края уже практически нет, поэтому бывшие механизаторы и комбайнёры превратились кто в строителя, кто в маршрутчика, а кто в охранника…

Криков о помощи было много, притом почти изо со всех районов, но итог один: скукоженное сельское хозяйство. На былых плодородных полях тайга уже вымахала. Но ведь для губернатора в его редкие и короткие визиты на село ещё находят и засеянные поля, и тучные стада.

Три года воевала с бандюками и чиновниками, их прикрывающих, за спасение орошаемых земель. Мне казалось, что на защиту мощной мелиоративной системы после таких разоблачений должны встать все управляющие нашим краем, начиная от губернатора. Хотя бы потому, что поливные земли считаются золотым национальным фондом.

Но ни меня, ни газету «Красноярский рабочий», которая единственная последовательно освещала тему уничтожения мелиорации, власть не поддержала. Пойменные земли в Берёзовском районе превратились в лунный ландшафт, а фермеры под угрозой бандитских пистолетов отступились. Потому что им ясно дали понять, кто крышует бандитов. Подобная картина была и в Емельяновском, Новосёловском, Минусинском районах.

Несколько лет вместе с учёными и опытными агрономами пыталась доказать, что отлаженная система закупки гербицидов за бюджетные деньги в нашем крае никак не связана с интересами земли и земледельцев. И что отработанная схема позволяет выиграть госконтракт только одному известному игроку с определёнными связями и с заоблачной стоимостью этих самых химикатов, что смахивало на откровенный распил.

Уже тогда я поняла, что все эти госзакупки, когда на кону 100, 200, а то и больше миллионов рублей — игра в одни ворота, где всё всем известно задолго до самого аукциона. Иногда, правда, случается чудо, но это горькое исключение из правил.

Руководители хозяйств благодарили меня за статьи, называли их публикацию гражданским поступком. Реакция всей надзирающей вертикали за расходованием бюджета была нулевой, что ещё раз подтвердило справедливость моих выводов.

Пыталась спасти чисто журналистскими способам — через гласность и формирование общественного мнения, совхоз «Красноярский» — тот, который размещался в некогда зажиточном Арийске Емельяновского района. Под прикрытием краевой администрации совхоз уничтожили, сделав его сначала подсобным хозяйством краевого учреждения «Сосны», которое известно обслуживанием губернаторской резиденции и отравленным студенческим балом. Скот немедленно вывезли на мясокомбинат. Как я поняла, не фермы были нужны, а живописные места под коттеджное строительство.

После этого я два года ничего не писала, потому что возненавидела не только тех, кто руководил уничтожением сотен сельхозпредприятий нашего края, обогащаясь при этом лично, закрывал в сёлах больницы и школы «в целях оптимизации», но и свою профессию возненавидела. За беспомощность. Четвёртая власть… Не смешите мои тапочки!

Спокойнёхенько сидела за редактированием статей на медицинскую тему в научно-популярном медицинском журнале и не заметила, как она плавно перетекла для меня в социальную плоскость. Увидела своими глазами, что происходит в краевом здравоохранении и поняла, что молчать — преступление.

Весь 2013-й год посвятила исследованию положения дел в краевом здравоохранении и в Красноярском федеральном кардиоцентре. Узнала, как можно получить штраф в 500 рублей за то, что ты подвергал смертельной опасности 10 тысяч человек. В хорошем ресторане это чашечка кофе с небольшим пирожным. Браво! Уголовного дела за позорное повторное использование одноразовых изделий медицинского назначения до сих пор нет. И будет ли?

Недавно зашла в поликлинику краевой больницы — и в горле запершило от резкого химического запаха. Медики, придя домой, выбрасывают свою одежду на балкон — проветриться. Но назавтра они опять идут на работу в поликлинику — в тот же ненавистный смертельный запах.

Сделала вывод: несмотря на иски, от медицинской темы не отрекусь. Уважаемые истцы, вы ничего нового не придумали. Это старая, как мир, технология: обложить издание и неугодного журналиста судами. К сожалению, технология неэффективная, потому что у человека, понимающего, почему происходит подобное, возникает желание глубже копать тему.

Это я по себе сужу.

Мирослава ДЕМЬЯНЧУК

P.S. Перед Новым годом на заседании учёного совета в Медицинском университете Е. Корчагин объявил, что он тоже направил в суд иск о защите чести и достоинства. Гадаю на кофейной гуще, что через суд решил опровергать Корчагин: капитальный ремонт больничных зданий, закупленное рентгеноборудование, которое упорно не хочет работать, или ему не нравится история с попранием памяти гениального хирурга А. М. Дыхно? И во сколько он оценил поруганные честь, достоинство и деловую репутацию?. Накинул что-то сверх миллиона или поскромничал?

http://www.krasrab.net/post/84601/neporochnaya-korrupciya-ili-bolnichnyj-tupik/2014-01-12

Читать полную новость с источника 

Комментарии (0)