Поиск публикаций  |  Научные конференции и семинары  |  Новости науки  |  Научная сеть
Новости науки - Комментарии ученых и экспертов, мнения, научные блоги
Реклама на проекте

Истинное имя Таиах

Понедельник, 17 Сентябрь, 16:09, victorsolkin.livejournal.com


Удивительный скульптурный портрет египетской царицы с удлиненными, миндалевидными глазами и едва заметной таинственной улыбкой стал не только неотъемлемой частью дома Максимилиана Волошина в Коктебеле но и, пожалуй, одним из самых неожиданных и чарующих образов русской поэзии «Серебряного века». О «Таиах», как ее называл сам Волошин, неоднократно писали, однако попытки выяснить подлинную историю древнего памятника, в который был так влюблен великий русский поэт, предпринимали чаще литературоведы; исследования, сделанного египтологом, до сих пор не было. Именно поэтому многим поклонникам наследия Волошина покажется странным, что за образом «Таиах» на самом деле кроется гигантская, поистине египетских размеров скульптурная группа, частью которой и является портрет царицы, и, что не менее важно, полузабытая личность всесильной властительницы Египта, имя которой ничего общего с «Таиах» не имеет.



Портрет царицы "Таиах" в гостиной Культурного центра-библиотеки им. М.А. Волошина в Москве. Автор выражает искреннюю признательность Директору музея РГГУ И.В. Бакановой за ее любезное разрешение копировать портрет царицы для Культурного центра



Всем известно, что впервые с головой статуи древнеегипетской царицы, которая поразила его воображение и была так схожа на его взгляд с Маргаритой Сабашниковой, Максимилиан Волошин столкнулся в парижском музее Гимэ в 1904 году. Это был гипсовый слепок, один из многих, попавших из мастерских Египетского музея в Берлине в малые европейские музеи. В Берлине, в свою очередь, хранилась матрица, снятая некогда со скульптурного портрета, находившегося с 1902 года в Египетском музее в Каире. Собственно, из этой матрицы вышли как слепок, находящийся в наши дни в Коктебеле, так и идентичные ему две отливки, которые для Музея изящных искусств в Москве заказал приблизительно в те же годы И.В. Цветаев. Одна из этих отливок в настоящее время выставлена в экспозиции второго египетского зала Учебно-художественного музея им. И.В. Цветаева РГГУ, куда в 1997 году были переданы для экспонирования знаменитые «египетские гипсы», некогда экспонировавшиеся в Музее изящных искусств (ныне ГМИИ им. А.С. Пушкина). Еще одна копия головы царицы позже по любезному согласию ГМИИ им. А.С. Пушкина была сделана с одной из «цветаевских отливок» для художественной инсталляции московской Библиотеки им. М.А. Волошина, в которой воспроизведены основные черты коктебельской «каюты Таиах».



30 августа 2010 года: факсимильная копия скульптурного портрета Мутноджемет прибыла в Культурный центр-библиотеку им. М.А. Волошина в Москве.

Итого – один слепок в Гимэ и четыре – в России.
Скульптурный портрет, с которого был скопирован этот поразительный женский лик, был обнаружен выдающимся французским археологом Огюстом Мариеттом зимой 1870 года, когда он занимался расчисткой центральной части храма Амона, бывшего на протяжении почти двух с половиной тысячелетий главным национальным святилищем страны. Голова царицы, выполненная из твердого, превосходного кристаллического известняка, ослепительно белая, была лишь одним из более ста обломков грандиозной диады – сидящей на троне скульптурной группы, изображающей бога Амона и его супругу, богиню Мут. Массивный памятник, изначальная высота которого достигала 4,15 м, а ширина – 1,86 см. , находился между IV и V пилонами храма у святилища «Уаджит» - там, где проходили коронации египетских фараонов эпохи Нового царства. Мариетт собрал фрагменты памятника, разбитого в средневековье вандалами, искавшими для своих целей в храме пригодный камень, в спешке. В итоге отдельные части скульптурной группы появлялись в раскопах археологов, работавших в этой части храма, вплоть до 1999 года – на протяжении 130 лет. Голова богини, прекрасно сохранившаяся, за исключением небольшого повреждения на подбородке, а также некоторые другие крупные части памятника, были отправлены в Каир; многочисленные фрагменты, не представлявшие декоративного интереса для экспозиции музея, остались в хранилищах Карнака. Уже в начале XX века директор музея – еще один выдающийся француз Гастон Масперо хотел воссоздать памятник, однако по неизвестным причинам так этого и не сделал.
В экспозицию музея – сперва Булакского, а потом уже и Каирского, попал только скульптурный портрет Мут, который сразу же привлек к себе внимание как посетителей, так и египтологов. Первую атрибуцию памятника предложил Масперо, который, не имея доступа ни к контексту, в котором находился памятник в Карнаке, ни к другим его частям, в том числе – имеющим надписи, предположил, что это не просто Мут, но статуя богини, имеющая портретное сходство с Тейе – одной из известнейших цариц Древнего Египта XIV в. до н.э., супругой «фараона-Солнце» Аменхотепа III. Имя царицы, которое ввиду сложности огласовки древнеегипетского языка может быть произнесено по разному, с небольшими отличиями, появилось впервые в связи со скульптурным портретом из Карнака в книге Масперо «Египет», которая была издана и в русском переводе московским издательством «Проблемы эстетики» в известной серии «Ars una – Species Mille» в 1915 году. Там мы найдем искомый памятник с аккуратной подписью «Так называемая Тайа» , в которой хорошо видно сомнение автора. Действительно: портрет сильно отличается от многочисленных подписанных портретов царицы Тейе иными чертами лица, хотя и имеет с ними некоторое стилистическое сходство. Интуитивно, Масперо делает верное заключение, относя царицу отнюдь не к царствованию Аменхотепа III, а к эпохе правления преемников его сына, знаменитого религиозного реформатора Эхнатона. Сравнивая черты ее лица и высочайшую степень моделировки с несколькими портретами Тутанхамона, Масперо не может сдержать свое восхищение: «отдельные черты ее лица поразительно нежны и нет сомнения, что они изваяны тою же рукой, которая создала столь изысканные статуи бога и фараона, современника царицы».

Сочетание в скульптуре образа богини Мут и реальной земной царицы Египта – для искусства эпохи Нового царства явление распространенное. Во-первых, Мут – супруга Амона, богиня, воплощающая собой одновременно и высшую царственность и божественный гнев, почиталась в Карнаке как великая защитница власти царицы, ее небесный прототип. Во-вторых, в каноне скульптуры этого времени присутствует ярко выраженное правило, согласно которому изображения бога Амона наделяются чертами правящего фараона, а Мут – «великой супруги царской» или же великой царской матери. Примеры таких диад высших фиванских божеств с чертами лиц правящей четы хорошо известны. Концепция воплощения в земных царе и царице их небесных прототипов, характерная для египетского мировоззрения, понятна. Остается другой, более приземленный вопрос: кого в образе Амона и Мут изображает разбитая диада из Карнака?



Диада из Карнака. Каир, Египетский музей.

Первой на этот вопрос в 2000 году ответила Хуриг Сурузян – научный сотрудник Германского Археологического института в Каире, которая несколько лет вела сложнейшую работу по поиску разрозненных фрагментов памятника как в подвалах Египетского музея, так и в хранениях Карнака. В результате ее работы части диады были собраны воедино на сложном металлическом каркасе, который позволит дополнить скульптурную группу в том случае, если какие-то еще значительные ее части будут идентифицированы. В образе Амона был изображен Хоремхеб – последний царь XVIII династии, до воцарения – известный военачальник эпохи правления Эхнатона и его ближайших преемников – Сменхкара, Тутанхамона и Эйе. Лицо царя, увы, очень сильно пострадало; вообще, складывается ощущение, что уничтожение памятниками вандалами было предпринято именно со стороны мужской фигуры. По правую руку от царя была изображена в облике Мут его официальная супруга Мутноджемет – царица непростой судьбы, не просто более знатная по рождению, чем ее супруг, но и принадлежавшая к высшей знати: ее старшей сестрой, судя по всему, была сама Нефертити.



Торс и голова царицы. Фрагмент диады из Карнака.



Металлическая конструкция, на которой воссозданы фрагменты диады. Каир, Египетский музей.

Воссозданная скульптурная группа отныне выставлена рядом с залом Амарнского искусства Египетского музея; рядом с ней установлена витрина, в которой хранятся небольшие осколки памятника, точное место расположения которых найти пока не удалось. Итоговая реконструкция позволяет представить все величие и потрясающее исполнение памятника: на престоле восседают Хоремхеб и Мутноджемет в облике Амона и Мут. На Амоне – короткое набедренное опоясание и т.н. «корсет», украшенный орнаментом «риши» - стилизованным изображением перьев птиц. На голове Амона некогда была его высокая корона «шути», ныне почти полностью утерянная. На Мут – длинное платье на широких бретелях, начинающееся под грудью, покрытое тем же восхитительным орнаментом «риши», однако более детально проработанным: ноги богини ниже колен укрыты не перьями, а уже крыльями богинь-защитниц. На груди богини – широкое ожерелье «усех», на ее голове – длинный трехчастный парик, поверх которого лежит убор священный убог богини «нерет» - в виде фигуры грифа, закрывающего голову Мут своим телом сверху и крыльями по бокам. Божественный статус изображенный подчеркнут тем, что голова грифа изначально была изменена на фигуру урея - священной кобры, в свою очередь увенчанной убором в виде солнечного диска между рогов коровы – убором богини Хатхор – одной их древнейших форм богини-матери в Египте; фигура урея и его высокий убор были сильно повреждены и «читаются» сейчас с трудом. Венчает голову Мут высокая «па-схемти» - корона Верхнего и Нижнего Египта; именно нижняя часть ступообразной короны Нижнего Египта видна на слепках с головы «Таиах». Задняя часть скульптурной группы, где находились опорные столбы статуй, увы, утеряна, так как представляла наибольшую ценность для грабителей; с ней утеряна и большая часть надписей, некогда находившихся на памятнике.
История с воссозданием памятника из Карнака пролила свет не только на имя той, кто скрывалась за маской «Таиах» Волошина, но и еще на ряд портретов первой величины, которые, как выяснилось, изображают царицу Мутноджемет. Речь идет, прежде всего, о гранитной голове царицы из собрания Археологического музея во Флоренции и потрясающем портрете женщины, выполненном из еще более качественного, почти мраморизованного розового известянка, который долгие годы находился в частном собрании Норберта Шиммеля и был недавно продан швейцарской арт-галереей «Фёникс», а до этого, в 1992 году - на «Сотби». Все эти портреты объединены не только легко узнаваемым портретным сходством, но и характерной едва уловимой улыбкой, которой так восхищался Максимилиан Волошин.



Фрагмент статуи царицы из собрания Норберта Шиммеля. Архив Кирилла Данелия.

В истории Древнего Египта Мутноджемет появляется в один самых непростых и судьбоносных периодов. Фараона Эхнатона , воцарившегося на пике расцвета древнеегипетской цивилизации и в рамках своей беспрецедентной религиозной реформы установившего новую идеологическую доктрину, знают даже те, кто мало интересуется историей Древнего Востока. Религия Эхнатона, несмотря на распространенное заблуждение, не имевшая ничего общего с монотеизмом, возвысила самого царя-деспота, считавшего себя единственным посредником между человечеством и Атоном – зримым ликом бога-предка, изображавшимся в виде солнечного диска с множеством рук-лучей. Опираясь на новое окружение, противопоставленное старой столичной знати Фив, Эхнатон не только упраздняет культы большинства традиционных божеств, но и в конце своего семнадцатилетнего правления преследует даже само понятие нечер – «проявление божества». Столица была перенесена из Фив в Средний Египет, где за несколько лет непосильным трудом был возведен новый город Ахетатон – «горизонт Атона», в котором царь-реформатор создает свое иллюзорное царство, не принятое большинством египтян и приведшее как к краху традиционной египетской культуры, так и к падению роли Египта на внешнеполитической арене. Супругой Эхнатона, не только поддержавшей его начинания, но и, возможно, вдохновившей мужа на многие резкие решения, была Нефертити, чьи скульптурные портреты и ныне потрясают посетителей Египетских музеев Берлина и Каира. О происхождении царицы в свое время много спорили; сегодня общепринятой считается гипотеза, что Нефертити была дочерью высокопоставленного вельможи Эйе – дяди Эхнатона по матери – и его супруги Тии. В виду нового статуса царицы, который был обусловлен невероятным самообожествлением «солнечной четы», дама Тии в официальных текстах именуется всего лишь «кормилицей великой супруги царской». Между тем еще одна придворная дама, Мутноджемет, называет в надписях Эйе и Тии родителями, одновременно являясь «сестрой великой супруги царской». Именно она, младшая сестра Нефертити, впервые изображенная на рельефах гробниц вельмож-сподвижников Эхнатона, не только косвенно засвидетельствовала происхождение супруги Эхнатона, но и сыграла в истории своей страны неожиданную и непростую роль.



Мутноджемет (в бежевой рамке) в кругу амарнской царской семьи. Прорисовка рельефа из Амарны, выполненная экспедицией Р. Лепсиуса.

На немногочисленных сохранившихся изображениях в гробницах вельмож Мутноджемет, которая была много младше своей сестры, изображена вместе со старшими дочерьми Эхнатона и Нефертити: на стене гробницы Панехси , «главного слуги в храме Атона в Ахетатоне», она несет опахало; ее сопровождают два карлика, пародирующие везиров Верхнего и Нижнего Египта, свидетельствуя о своеобразном чувстве юмора своей обладательницы; в гробнице Пареннефера , «царского виночерпия» и «начальника всех работ царя в обители Атона» , она, лишь немного отличаясь более высоким ростом и иной формой локона юности, как «сестра царицы» следует за племянницами. Вновь с карликами она появляется в гробнице Туту, «управляющего двором Владыки Обеих земель» и в гробнице Маи – «военачальника Владыки Обеих земель». Наконец, в гробнице своего Эйе Мутноджемет упомянута со всеми своими титулами, среди которых были «наследственная знатностью», «великая восхвалениями» и «сладостная любовью»; здесь названы и имена ее карликов – Хеметнесуурнехех и Мутефпра.

По сути, перед глазами молодой знатной дамы пронеслась вся сложная эпоха амарнской реформы, с её неизменным крушением, смертью Эхнатона и возможной попыткой Нефертити захватить престол, реставрацией традиционной египетской культуры и новым активным строительством в Фивах и Мемфисе при Тутанхамоне. Вновь имя Мутноджемет появляется в источниках после того, как поочередно умерли сыновья Эхнатона – Сменхкара и Тутанхамон, а затем и престарелый Эйе, ее отец, который занял престол на недолгие три года. Пришедший к власти после смерти Эйе Хоремхеб - успешный военачальник и всесильный придворный должен был каким-то образом легитимизировать свою власть. Отчасти это было сделано оракулом бога Амона в Карнаке, «избравшим» Хоремхеба на престол, а отчасти – женитьбой на Мутноджемет – последней представительнице знатной, но скомпрометировавшей себя царской семьи. Первая жена Хоремхеба, знатная дама Амения, исчезла из жизни двора и вскоре была похоронена в мемфисском некрополе Саккара, в заброшенной гробнице Хоремхеба, которая была сооружена для него еще как для военачальника.



Коронационная скульптурная группа Хоремхеба и Мутноджемет. Турин, Египетский музей.

Новая царица, укрепившая власть воцарившегося Хоремхеба, была изображена вместе с ним на многих официальных памятниках: это и знаменитая коронационная скульптурная группа Хоремхета и Мутноджемет, найденная в Карнаке Бернардино Дроветти в 1824 году и та самая, позже разбитая колоссальная диада из Карнака, которую нашел Огюст Мариетт. Копируя деяния Тутанхамона, отказавшегося от устоев реформы своего отца, вернувшегося к традиционной египетской религии и наполнившего храмы Фив статуями божеств, чьи лица обладали портретным сходством с царем, Хоремхеб не только узурпировал многие памятники предшественников, но и продолжил их программу по восстановлению традиционной культуры страны. Мутноджемет, его супруга, судя по всему, активно участвовала в деяниях мужа: на боковой стороне трона коронационной скульптурной группы, хранящейся в Турине, царица предстает в облике гневного женского сфинкса, крылатого, в высоком парике – том самом, который прославлен благодаря заменитому бюсту Нефертити из Берлина . Руками царица-сфинкс, воплощающая собой Тефнут - гневную богиню-львицу, дочь солнечного божества и хранительницу миропорядка, повергающую хаос и зло, поддерживает свое собственное имя.



Колос Хоремхеба у X пилона храма Амона в Карнаке. Справа от фигуры царя - изображение Мутноджемет. Оно же, крупнее, ниже:



Судьба Мутноджемет была незавидной. Она умерла где-то после 13-го года правления своего супруга. Ее погребение было обнаружено все в той же первой, заброшенной гробнице Хоремхеба в Саккаре, неподалеку от погребения его первой жены, Амении. Мутноджемет скончалась на четвертом десятке лет; останки царицы, которые, к сожалению, были очень сильно повреждены грабителями гробниц еще в древности, а после изучения были утеряны в хранении Саккары , свидетельствуют, что она была страшно истощена многочисленными попытками родить сына-наследника. Попытки были безуспешными: ее мертворожденные младенцы были забальзамированы и погребены вместе с ней. Последнее изображение округлого, узнаваемого, но на этот раз лишенного привычной улыбки лица Мутноджемет – это крышка одного из ее алебастровых сосудов для внутренностей, который хранится в Британском музее в Лондоне, и происходит, судя по всему, из мемфисской гробницы царицы.



Двор гробницы Хоремхеба в Саккаре, где была погребена Мутноджемет.

История сестры Нефертити, могущественной «великой супруги царской» и при этом глубоко несчастной женщины, пытавшейся родить наследника престола, была забыта на несколько тысячелетий. О ней вспомнили вновь только в 1870 году, когда Огюст Мариетт нашел в Карнаке поразительно красивое лицо безымянной египетской царицы, ставшее одним из самых ярких символов русской поэзии «Серебряного века» и невероятного культурного притяжения России и Египта. Новый, XXI век, принес нам еще одно открытие – истинное имя той, которую М. Волошин воспел как «Таиах».

Цит. по: Солкин В.В. Истинное имя Таиах // Восточная коллекция. Весна 2012. — С. 104-111. (сноски опущены)

(с) фото - Виктор Солкин, Станислав Щигорец, Сергей Куприянов, Александр Гусев, архив Кирилла Данелия

Читать полную новость с источника 

Комментарии (0)