Поиск публикаций  |  Научные конференции и семинары  |  Новости науки  |  Научная сеть
Новости науки - Комментарии ученых и экспертов, мнения, научные блоги
Реклама на проекте

Альмина Карнарвон. История жизни.

Среда, 13 Июль, 23:07, victorsolkin.livejournal.com
История жизни леди Альмины Герберт, графини Карнарвон была бы слишком неправдоподобной для придуманного «Аббатства Даунтон», которое снимали в некогда принадлежащем ей замке – знаменитой усадьбе Хайклер. Для какого выдуманного фильма сгодится реальная история женщины, поддерживавшей вместе с супругом своими средствами раскопки гробницы Тутанхамона и умершей в абсолютной бедности? Ее долгая жизнь, впрочем, была полна событий, интриг, страстей и разочарований, а значит – была яркой и, наверное, для кого-то завидной. Но завидуют ли той, кто, привыкнув жить в полном достатке в роскошном собственном поместье, ожидая, что любое желание будет незамедлительно исполнено, завершила свои дни в полной безвестности на окраине Бристоля?

8 мая 1969 года карета скорой помощи остановилась у дома 19 по улице Хэмптон, близ Редланда; её вызвала горничная, обнаружившая без сознания свою 92-летнюю госпожу, которая задохнулась, подавившись куриным хрящом. Женщину срочно отвезли во Французский госпиталь, однако спасти ее не удалось; вскоре она скончалась на больничной койке для нищих.
Умершая вовсе не была обычной обитательницей Бристоля, вовсе нет, наоборот. Это была Альмина, графиня Карнарвон, вдова пятого графа Карнарвон, аристократа-исследователя, который вместе с Говардом Картером обнаружил гробницу Тутанхамона. Слава Альмины этим совершенно не исчерпывалась. Она была бывшей владелицей замка Хайклер, отпрыском чрезвычайно богатой семьи Ротшильдов, интеллектуалкой и звездой высшего общества.


Альмина Герберт, леди Карнарвон. 1900-е.

Её рождение окружали противоречивые слухи: внебрачная дочь Альфреда де Ротшильда, наследника огромной банковской империи, и его возлюбленной – француженки Мари Вомбвелль, она была обязана скрывать происхождение в обмен на дорогостоящие подарки от «покровителя». Альмина выросла красавицей, похожей на свою мать и была чрезвычайно умна; средства позволили ей быстро стать частью высшего общества, сверкать на балах и вечеринках, где она, впрочем, искала выгодную партию, которая заставила бы светских сплетников замолчать о её «недостойном» происхождении. В возрасте 17 лет она была представлена при дворе; именно там два месяца спустя её впервые увидел Джордж Герберт, пятый граф Карнарвон. Увы, с её стороны чувства не было. Это был классический брак по расчету, когда союз устраивал абсолютно всех его участников. Впрочем, задумайтесь: Альмина не была бедна, её приданое в наши дни было бы равно, приблизительно, 25 миллионам британских фунтов. Этих денег вполне хватало… чтобы погасить все долги графа, которые он так опрометчиво наделал в юности; кроме того, из этих средств были выделены деньги на содержание замка Хайклер – недешевое удовольствие. В обмен на деньги Альмина получила статус в обществе и всеобщее признание, которого она так желала.

Став графиней в 19 лет, Альмина закрывала глаза на постоянные похождения и интрижки супруга; ей даже хватило воли помочь ему излечиться от последствий «неприличной болезни», которой, как она предполагала, он заразился в одном из борделей Каира еще в юности. Предположение было не безосновательным: в обществе хорошо знали необузданный нрав графа. О его юности ходили самые разнообразные слухи. Но, видимо, игра стоила свеч, и вот в 1895 году Альмина, надев фамильные драгоценности семьи Карнарвон, включая несколько исключительных бриллиантов и изумрудную тиару, шла рука об руку с будущим мужем на венчание по крылу церкви святой Маргариты в Вестминстере.


Альмина, графиня Карнарвон в парадном платье на коронации Эдуарда VII в 1902 г.

От пары ждали наследника. Однако Альмина смогла забеременеть только через два с половиной года. Супругов преследовали слухи о мужской несостоятельности графа, что впрочем, скорее всего, было не более, чем сплетнями: судя по страницам дневника, граф просто находил молодую супругу «не особенно привлекательной». Женщина, общества которой избегал супруг, вскоре чрезвычайно понравилась его ближайшему другу. Князь Виктор Дулип Сингх был сыном последнего раджи Лахора и любимым приемным сыном королевы Виктории. Принятый в высшие эшелоны британского общества, он и граф Карнарвон быстро подружились еще во время учебы в  Итоне. Князь стал частым гостем в Хайклере и вскоре стал открыто флиртовать с графиней, которая заметно тяготилась своим одиночеством. Это заметили. Высший свет стал травить Альмину предположениями о том, кто же, на самом деле, стал отцом ее долгожданного сына? Граф
или индийский князь?


Граф и графиня Карнарвон в Эскоте.

Придворные сплетники обескуражено замолчали, когда 7 ноября 1898 года на свет появился наследник графа Карнарвон, Генри Герберт, бледный и худощавый, как и его официальный отец. Граф признал сына. В 1901 году у супругов родилась дочь – леди Эвелин Герберт. Теперь, когда в семье появился сын-наследник, граф мог полностью отдаться своей страсти – египтологии, финансируя свои экспедиции в Долину царей из средств Альмины. Именно её деньгам мы обязаны открытием гробницы Тутанхамона. Впрочем, золотые саркофаги фараона-мальчика граф, как известно, так и не увидел. В 1923 году как раз перед тем, как Картер открыл проход в погребальную камеру гробницы, он слег от укуса москита, за которым последовали серьезный сепсис и пневмония. Альмина ухаживала за больным, который вскоре отошел в лучший мир. Именно тогда, помнится, родился слух о «проклятии фараонов». Альмина, что важно подчеркнуть не прекратила тогда финансирование экспедиции Говарда Картера, понимая всю значимость открытия, которое было совершено.


Египтолог Говард Картер (справа) и граф Карнарвон в Долине царей, Египет. Июль 1922 г.

Несмотря на то, что ее первый брак казался лишенным чувств, графиня, видимо, была привязана к рано умершему супругу или же просто успешно разыгрывала ту роль, которую от нее ждали. Говоря о нем в 1927 году, она страстно заявляла, что «никто в мире не любил графа Карнарвон больше, чем я. Его жизнь была для меня священна».

Графиня стала вдовой. Впрочем, её траур длился недолго, всего восемь месяцев. В том же самом 1923 году, 19 декабря, Альмина вышла замуж за генерал-лейтенанта Яна Онслоу Деннистоуна. Они скромно зарегистрировались в Лондоне. Её избранником был военный, который три года тому назад развелся в Париже; казалось, она буквально опьянена отношениями с ним. Время они проводили в особняке, который она специально приобрела на имя нового мужа. Счета Деннистоуна она, впрочем, часто использовала и позже, прежде всего, для отмывания денег: она часто продавала ювелирные украшения и произведения искусства, унаследованные от Альфреда де Ротшильда, чтобы поддерживать роскошную жизнь и старательно скрывалась от налоговых служб.

Если первый брак Альмины казалось, начался бурно, то, как позже выяснилось, это было ничто по сравнению с тем, как шло её второе замужество. В 1925 году чета предстала перед Верховным судом в связи с обвинением, которое против Деннистоуна выдвинула его предыдущая жена, Дороти. Позавидовав богатству Альмины, она обвинила генерал-лейтенанта в присвоении своих денег. Проще было бы откупиться от скандалистки, чем судиться, но, увы, Альмина выбрала второй путь, который привел её к крайне негативным последствиям. Судья Мак Карди позже называл этот процесс «одним из самых обсценных в своей истории», поскольку обе стороны не стеснялись трясти своим нижним бельем перед вожделеющей публикой. Дороти требовала компенсацию, обосновывая это еще и тем, что супруг, якобы, заставлял ее соблазнять генерала британской армии сэра Джона Коуэнсма, чтобы тот продвигал его по службе. Для того чтобы доказать безосновательность этого обвинения, Деннистоун представил суду доказательства исключительной интимной распущенности своей бывшей супруги, которая не брезговала интригами по всей Европе. Альмине пришлось находиться во время суда на скамье свидетелей, выслушивая не только обвинения в отмывании денег, но и отбивая массу других малоприятных выпадов в свой адрес. История о графине Карнарвон и злосчастном суде обошла передовицы всех газет страны. В итоге Деннистоун был оправдан, что стоило Альмине репутации и суммы в 400 тысяч фунтов (в современных деньгах), которая пошла на оплату работы адвокатов и иные судебные издержки.


Замок Хайклер. Родовое поместье графов Карнарвон.

Средств на былую роскошь уже не было. Альмина решила открыть предприятие – дом престарелых для состоятельных и известных стариков. В свое время, во время первой мировой войны замок Хайклер был превращен, как и многие другие усадьбы состоятельных семей, в госпиталь для раненых солдат, и потому Альмина знала многое об уходе и медицинской помощи нуждающимся. Она воспользовалась знаниями и в 1927 году открыла в Лондоне «Дом престарелых имени Альберта», почтив тем самым память своего «покровителя». «Риц для престарелых», как его называли, прославился чрезвычайно высоким уровнем ухода за постояльцами, лучшим во всей Европе. Удовольствие было не из дешевых, однако, к счастью для попечителей, Альмина, которая сама вела дела, часто «забывала» предъявить за постой счет. Она не была предприимчивой и считала всю эту финансовую рутину «ужасным дурновкусием». Идя в ногу с ведущими европейскими клиниками, ее «Риц» также предлагал услуги по прерыванию беременности. Аборты были запрещены в Британии вплоть до 1967 года и, если бы Альмину поймали, то она не смогла бы избежать длительного тюремного заключения. К счастью, её миновала эта доля: поток женщин в положении, навещавших клинику с 1933 года, не заинтересовал полицию, а доносов не было.

Дом престарелых закрыл свои двери в 1939 году – началась Вторая мировая война, Лондон бомбили. Казалось, успешное дело быстро разрушалось – Альмина была вынуждена закрыть еще два своих дома престарелых – «Красный дом» в Хове и «Приход» в Хертфордшире. С неба летели бомбы, а оплачивать счета было нечем. Сын Альмины, Генри Герберт, ставший шестым графом Карнарвон после смерти отца, и проживавший в относительном благополучии, помочь матери отказался.

Отношения между сыном и матерью с 1923 года были очень напряженными. Генри Герберт обвинял мать в расточительности, в том, что она разбрасывается его имуществом. Ненависть к матери была столь сильна, что он даже закрыл любимую комнату Альмины в Хайклере, чтобы особенно оскорбить её. Комнату открыли только в 1987 году после его смерти. Дошло до того, что в 1950-х сын заявил на Альмину в налоговые органы, обвинив ее в уклонении от выплат долгов. Предчувствуя банкротство, графиня раздала оставшиеся у нее ценные вещи дочери и своим внукам – её детям.

Признанная банкротом, Альмина получила от властей субсидию – 60 фунтов в неделю. Это значило, что былая жизнь окончательно растаяла, как туман. Она искала дешевое жилье и обратилась к любимому внуку, сыну Генри, которого также звали Генри Герберт, за помощью. Он согласился купить ей дом в Бристоле. Почему выбор был сделан в пользу города, столь отдаленного от Лондона, не известно. Однако, скорее всего, она попросту хотела скрыть свою нищету и то, чем завершалась ее жизнь от докучливых взглядов. В свои мебелированные комнаты она вошла в 1954 году. Они были расположены в ни чем не примечательном викторианском доме. Внук многое улучшил здесь, прежде чем Альмина переехала. Изначально в доме даже не было горячей воды. Навсегда покинув Хайклер, графиня переехала в свое новое обиталище.


Леди Эвелин Герберт - дочь Альмины и Джорджа Герберта Карнарвон

Удары судьбы не сделали её злобной старухой. Наоборот. Она обрела в Бристоле «новую семью» в лице своей подруги и горничной Энн Ледбиттер, а также её сына – Тони, которого Альмина любила, как говорили, до безумия. Там случился и её последний роман. Избранника звали Джеймс Тимоти Стокинг, он был на тридцать лет моложе неё. Они встретились в 1942 году, когда Альмина пыталась делать ремонт в «Приюте» - одном из своих домов престарелых. Ради неё он расстался с женой, брак с которой был, как уверяли, несчастливым, и переехал к 70-ти летней Альмине.

Графиня говорила, что Бристоль нравится ей ничуть не меньше Лондона. Она даже выходила «в свет», посещая художественные галереи и с радостью выбираясь на концерты. Бристольцы приняли её гостеприимно, говорили, что «она была блистательна, хотя и старомодна». Несмотря на то, что жила она чрезвычайно скромно, горожане знали, кто она, защищали её от невзгод, старались поддержать в трудных ситуациях. Впрочем, изредка она позволяла себе вольности на с трудом скопленные деньги и её видели в широкополой шляпе, когда она каталась в черном лимузине с водителем, видимо, вспоминая прошлое. Некоторая поддержка из Хайклера все-таки была, что позволило Альмине несколько раз выбраться с её «приемной семьей» во Францию на каникулы. Её даже несколько раз приглашали в её бывший замок на Рождество.


В 1963 году к ней вновь пришла беда. От сердечного приступа умер любимый Джеймс Стокинг. Альмина была безутешна. От отчаяния она обратилась к вере своей матери и стала католичкой. Ей оставалось жить еще шесть лет в полной эмоциональной пустоте до того самого рокового ужина.

О том, что умерла одна из самых удивительных женщин Великобритании, писали мало. Скромные похороны по католическому обряду – вот и все, что было ей необходимо. Ей, женщине, которая когда-то финансировала раскопки бесценной гробницы фараона Тутанхамона.

«Выдающаяся женщина, которая на протяжении всей своей жизни сделала столь многое для других, - писал о ней Тони Ледбиттер в 1979 году. – Она многим подарила надежду. Её часто не понимали и обвиняли просто потому, что она обладала смелостью идти против течения – экстравагантно, ярко и безудержно веря в свою судьбу».

© Гуржет Ланда
© The Bristol Post
© Авторизованный перевод: Виктор Солкин
Читать полную новость с источника 

Комментарии (0)